Надвигающаяся экранизация Дюны, уже третья, если считать минисериал начала 2000-х (а именно он приобщил меня, как, уверен, и у многих, к визуальным воплощениям хербертарианского сеттинга), могла бы стать Звездными войнами для поколения киноманов, подвешенного в полупозиции после невнятной мышиной трилогии сиквелов. Впрочем, и в первоначальных Звездных войнах заимствований из Дюны так много, и они завуалированы настолько небрежно, что их в некотором смысле допустимо считать хронологически первой — и самой успешной — экранизацией цикла.

Дени Вильнёв своими Прибытием и Бегущим по лезвию-2047 не дает оснований надеяться, что очередная инкарнация Дюны окажется столь же вычурна и наркотически прекрасна, как линчевская техноготика,

да и безупречных красоток калибра Вирджинии Мэдсен в актерском составе днем с масляной плавающей лампой не сыскать.

Но вряд ли будет она и допускать такие же вольности в обращении с первоисточником, как дождь на Арракисе уже под конец Пустынной войны, а не спустя пару десятков лет усиленного терраформинга.

Трудно прогнозировать ее сборы, хотя даже без нависшей над всем мировым кинобизнесом тени летающего макароновирусного монстра они, скорее всего, не превысили бы миллиарда долларов — работы Вильнёва достаточно артхаусны, чтобы закладывать в финансовый план студии-производителя их умеренную убыточность, однако ранее он не имел дела с настоящей НФ-франшизой (мир Бегущего по лезвию, как ни значим он для эволюции киберпанка, в такую не развился, пускай и породил три свободных продолжения за авторством хорошего друга и душеприказчика Дика, Кевина Джетера).

А вот у праводержателей дюнной марки уже готова очередная трилогия фанфиков, открываемая Герцогом Каладана. Качество этих работ с течением времени неуклонно понижается, и сейчас их уже невозможно рассматривать иначе, нежели как литературный аналог обычных для кинотеатров попкорна и сахарной ваты. Аудитория, впервые приобщаемая к Дюне, наверняка обеспечит и Герцогу Каладана, и двум десяткам остальных творений правообладательского дуэта вполне солидные продажи. Но друзья и современники Херберта об их соответствии рецептуре оригинала весьма низкого мнения. Пожалуй, самое сильное возражение выдвигает в интервью 2009 года Норман Спинрад. Какое именно? Прочтите, и узнаете больше.

Интервью Нормана Спинрада ресурсу Jakurutu.com, данное в январе 2009 года

Не хотите ли вкратце рассказать о первом и последнем ваших разговорах с Фрэнком Хербертом?

Я, пожалуй, не помню, когда впервые говорил с Фрэнком. А последний разговор случился где-то в машине, когда Фрэнк мне рассказал о том, как сидел в другой машине с Дино де Лаурентисом. По словам Фрэнка, Дино попросил написать сценарий экранизации Дюны. Фрэнк ему сказал, что сценариев писать не умеет и не думает, что справится. Дино ответил, что готов оплатить попытку Фрэнка миллионом долларов.

Фрэнк сказал: ладно, уговорил. Он попытался. Сценарий у него получился скверный. Он сказал де Лаурентису: ну видишь, я же говорил.

Я сейчас пересказываю события, а не воспроизвожу реальный рассказ Фрэнка. Он, кстати, поддержал сценарий Линча, наверное, как раз потому, что сам переработать роман в фильм не смог.

Есть ли среди книг Херберта, не относящихся к миру Дюны, та, какую вы находите лучшей или более важной, чем его самая популярная и читаемая книга?

Не люблю делить на категории “лучшая” или “более важная”, но я бы сказал, что Барьер Сантароги — на мой взгляд, лучший роман Фрэнка в аспекте литературного мастерства.

Вы писали, что Дюна стала образцом для поколения и породила много подражаний, включая “слишком много сиквелов от самого Херберта”. Как вам кажется, где стоило Фрэнку закончить эту историю? Или где в написанных им работах, по вашему мнению, размещена сюжетная точка, которая наиболее естественна в роли завершающей?

Третий роман о Дюне должен был стать последним.

Фрэнк говорил, что в начале намеревался написать одну большую книгу и так ее продумал. По соображениям издателей ее пришлось публиковать разбитой на три части.

Остальные писались в основном ради денег, когда поступали предложения, которым он не мог отказать.

Мне всегда казалось, что Дюна обладает самостоятельной значимостью. История же Золотого Пути явно закончена вместе с Богом-Императором Дюны, когда Лето II “возвращается в пески”. Как бы вы разрешили проблему самого что ни на есть открытого конца Капитула Дюны?

Дюна, самая первая, оставила кое-какие вопросы неразрешенными. Мессия Дюны — второй том, с ним все нормально, Дети Дюны — третий… ну, можно было и на втором закончить, но издатели соглашались только на трилогию.

Я слышал, впрочем, не от участников, что вторая книга первоначально заканчивалась иначе, а Лестер дель Рей то ли переделал концовку, то ли уломал Фрэнка ее переписать: специально затем, чтобы можно было написать третий том.

Вы верите, что у Фрэнка были планы на седьмую книгу о Дюне? И, чтобы два раза не вставать: какого вы мнения о заявлениях Брайана Херберта, что он-де нашел “полностью готовый” набросок сюжета Дюны-7 на флоппи-дискетах в сейфе после смерти Фрэнка? Если там действительно имелись заметки, то, как вам кажется, придерживались ли их Брайан с Кевином Андерсоном в своих новых книгах о Дюне?

Возможно. Фрэнк собирался продолжать, пока ему за это хорошо платили. Зная его политические взгляды, я однажды спросил, как он может без конца эту роялистскую повестку мусолить.

Он ответил, что намерен закончить цикл романом, где будет показан переход его вселенной к демократической форме правления.

Он его, конечно, не написал. И Брайан с Кевином тоже, если и было что-то такое в заметках про седьмую книгу.

Новая книга Брайана и Андерсона по внутренней хронологии находится между Дюной и Мессией Дюны, то бишь это не сиквел, не приквел, а, так сказать, “интерквел”. Как вы полагаете, в опасности ли наследие Фрэнка Херберта? Не обесценят ли новые книги торговую марку Дюны и литературную репутацию Фрэнка?

Кто его знает. В долгосрочной перспективе все зависит от критиков, читателей и издателей. Чего Брайан с Кевином точно не сумеют, так это подписать свою, гм, продукцию “Фрэнк Херберт”.

Дюна сейчас и впрямь стала торговой маркой. Это омерзительно.

Чем ниже упадет ее ценность, тем лучше. К литературному наследию Фрэнка Херберта эта торговая марка никакого отношения не имеет.

Насколько известно, следующую экранизацию Дюны собирается снимать Питер Берг. Он делает акцент на экологической теме. Я знаю, что у вас на сей счет свое мнение. Но в чем, на ваш взгляд, неправ Берг, разве Дюна прежде всего не экологический роман?
Не хотел бы я судить о фильме, который еще даже не снят.

Но Дюна уж точно не чисто экологический роман.

Действительно, хоть там и описана экология Арракиса, его червей, Пряности и людей,

роман вряд ли может считаться изощренно проработанным с точки зрения экологии как науки.

Мне кажется, те, кто пытаются его снять таким образом, уворачиваются от опасной правды:

Дюна — прежде всего роман о химически измененных состояниях сознания, и, невзирая на взвешенную авторскую позицию, Дюна их не осуждает.

В Барьере Сантароги Фрэнк взял этого быка за рога, и никто не посмеет притворяться, что книга о другом.

Вы читали биографию Фрэнка Мечтатель Дюны, написанную Брайаном Хербертом?

Вы что, хотите, чтоб у меня желудок испортился?

LoadedDice

The She-Prisoner`s Dilemma: (B)locked-down Lives Matter / Death to Quarantine Zealots. 翻譯

The She-Prisoner`s Dilemma: (B)locked-down Lives Matter / Death to Quarantine Zealots. 翻譯